Кто вспомнит все научные труды написанные Александром Яковлевичем Губергриц? Никто не забудет, как он демонстрировал аускультацию. «Последний из могикан», кто пользовался двухсотлетней придумкой Рене Лаэннека – стетоскопом. Прародитель фонендоскопа – отличительного признака терапевтов изобретенного хирургом Николаем Коротковым.
Можно было бы подумать – причуда профессора, если бы не особенность осанки, позволявшая органично выполнять обследование пациента. Функциональный кифоз, позволявший быть на полкорпуса ближе к тем, кто на полкорпуса ближе к финишу жизни. Александру Яковлевичу не нужно было специально пригибаться к груди обследуемого: поставил слуховую трубочку, наклонил голову и весь внимания. И ещё: кладет на спину руку и прижимает пациента к прибору. Что это: техника выполнения, интуитивное понимание языка жестов? Обращали ли Вы внимание на то, как современный врач проводит аускультацию? На расстоянии вытянутой руки, с открытой ладонью в сторону болящего. Чтобы плотнее прижать аускультативную сферу необходимо с большим усилием вдавить её в грудную клетку и … отдалить от себя. А профессор прижимал к стетоскопу! Вот вам и тактильный контакт, и масса признаков заболеваний, которые можно получить за счет одного движения.
Присев на край постели он словно прикрывал больного от бед. О его приходе, казалось, знали находившиеся в коме: узнаваемая модальность голоса, притягательная Quasiмодальность образа. Гроссмейстер терапии будующiй циклопическую кладку фундаментальных знаний будущего, инкрустированную мозаикой вековой фамильной практики.
Маэстро междисциплинарного эквилибра и виртуозного жонглирования лекарственными формами. Абсолютный авторитет, расставляющий точки над i и пупком.
Обход заведующего кафедрой – это движение звездной системы.
В центре вертится звезда «АЯГ», притягивающая огромную планету «ЮВЛ», приближающий луны с приливами и спутники, готовые сорваться с орбит: кто навсегда в учебные аудитории; кто в темноту космоса частной практики. Залетают астероиды и кометы ФПК. И только лечащий врач, докладывающий о больном, один на один с пытливым взглядом и гравитацией Александра Яковлевича: или сгорит как метеорит от стыда по незнанию, или вспыхнет как новая звездочка, вытащив козырный туз из колоды истории. Стрункі студенты – струнки пронизывающие системы, кафедры, факультеты: всёдержители. Каждый учитель пытается настроить их на свой лад, чтобы могли играть не только requiem, но и оду «К радости».
Мы выслушиваем пациента с фонендоскопом в ушах. Топчемся в стойле инструкций и скачем в шорах стандартов обследования и лечения. Плывем в бумажном потоке к океану компьютеризации. Когда поймем что, не владея стетоскопом – «Золотым стетоскопом» не владеть?
18.02.2014 «Яр Мол»